КАК ПОНЯТЬ КИТАЙЦА?


другие статьи о Фэн Шуй


Многие авторы книг по Фэн Шуй, а также преподаватели Фэн Шуй, избегают вопроса о том, является ли необходимым знакомство с культурой Китая для практики Фэн Шуй. Чаще всего, можно услышать утверждение, что такое знание не является необходимым. Возможно, это объясняется пониманием того, что на некоторых сородичей слово «китаец» действует подобно красной тряпке на быка. В тех слоях населения, которые обладают не слишком широким кругозором и не стремятся к этому, сформировано негативное отношение к китайцам, как к нации. Об этом народе и его культуре они судят по расхожим фразам, типа «каждый четвертый в мире китаец», сведениям, почерпнутым из анекдотов и по тем представителям Китая, которые сами попали под влияние западной культуры и весьма преуспели в этом… И даже, если брать наиболее образованную прослойку нашего общества, наиболее развитую в культурном отношении, то и здесь, по отношению к Китаю, явно видна предвзятость и какое-то пренебрежительное отношение…

Впрочем, причина такого отношения к представителям древней и уникальной китайской цивилизации, довольно банальна — а как же тогда уважать себя, если не «опустить» их? Для любителей поехидничать в сторону китайцев замечу, что не только каждый четвертый в мире китаец, но и каждый четвертый предмет роскоши, также покупается китайцем…

Но вернемся к теме. В отличие от европейцев, считающих человека венцом и покорителем Вселенной, китайцы отводят человеку другое место, и он выступает не как покоритель Природы и Вселенной, а как составляющая триединства Человек-Земля-Небо, где Вселенная являются главным источником мудрости:

«Горы, реки, земля, трава, деревья и леса — все они непрерывно, и днем и ночью, источают непостижимый, драгоценный свет, источают непостижимый драгоценный звук, показывая людям непревосходимую истину и разъясняя ее».

(Юань Соу «Средства и реальность»)


Открытие нравственной природы человека, сделанное Конфуцием, переменило ход развития Китая и определило его дальнейшеую судьбу. Человеку западной культуры трудно представить, что «дремучий китаец» идет по пути эволюции, в то время как он, «образованный европеец», просто ходит по кругу, из которого нет выхода…

Конечно, для того, чтобы успешно практиковать Фэн Шуй, вовсе необязательно быть китайцем. Но, не поняв основ китайского мышления, вряд ли…

Большинство затруднений, возникающих перед европейцами, столкнувшимися с философией и культурой Китая, объясняется их непониманием китайского способа мышления, который существенно отличается от нашего. Препятствием являются те клише мышления, которые являются для европейцев неотъемлемым признаком научного подхода к явлениям. Именно эти клише совершенно непригодны для понимания «восточного склада ума», который представляется нам чем-то мистическим и непостижимым. Поэтому наша интерпретация китайской мысли большей частью оказывается проекцией чисто европейских идей.

Причина всего этого — ограниченность нашего представления о человеческом познании. Мы считаем знанием лишь то, что можем определить в какой-либо знаковой системе (выразить в символах, измерить, взвесить и.т.д.). Такое знание называется конвенциональным, потому что является предметом общественного соглашения (конвенции). Например, главная задача воспитания (увы!) состоит в том, чтобы приспособить детей к жизни в обществе при помощи конвенциальных кодов этого общества. В том числе и кодов закона и морали, этикета, ролей и т.д. Поэтому наше представление о своем «я» сугубо конвенционально.

Общение с помощью конвенциональных знаков представляет нам мир в линейном толковании. Но сама жизнь происходит отнюдь не таким неуклюжим линейным путем. Пример — наш собственный организм, который, независимо от нашего сознания, одновременно регулирует все процессы, все органы и системы нашего тела. Другими словами, мы не можем понять свой организм в терминах линейного мышления. Точно так же, с позиций линейного мышления, мы никогда не сможем познать и реальную действительность. Современная наука уже не может отрицать того факта, что мир конвенций слишком узок для того, чтобы объяснить все многообразие явлений, существующих в мире.

Примечательным в этом отношении является китайский язык, который, возможно, отражает разницу в способах мышления. Он также линеен, но его письменные знаки все же ближе к жизни, чем наши, потому что каждый иероглиф — это картинка из жизни. Интересно, что на Востоке и обучение музыке происходит не так, как на Западе. Ученик не изучает нотную грамоту вначале, а слушает исполнение учителя, развивая свое музыкальное «чутье» и пытаясь копировать его игру. Только несколько примеров. Ходить в детстве, мы тоже учимся нелинейным способом. Никто нам не переставляет ноги и руки поочередно, и не говорит, как это делать — движение возникает изнутри, спонтанно. Говорить дети учатся также нелинейным способом. Вся наша жизнь происходит нелинейно.

Можно заметить, как в переходном возрасте у подростков особенно явно проявляется бунт против социальных конвенций, которые «ущемляют» их природу. Это выражается в поступках, которые противоречат общественным нормам поведения, в желании сделать все наоборот. Часто это выливается в преступления, депрессии, а иногда и в болезни тела. Широко распространенное заболевание — астма, обычно возникает в детстве, как последствие подавления бунтарского духа ребенка, не согласного усваивать общественные нормы поведения…

Если мы обратимся к древней истории Китая, то найдем там две «философские» традиции, дополняющие друг друга — конфуцианство и даосизм, который и является теоретической основой Фэн Шуй. Первое учение занимается языковыми, этическими, юридическими и т.д. конвенциями, т.е. обеспечивает общество системами коммуникаций. Другое — даосизм, интересует восприятие жизни не в абстрактных линейных терминах, а непосредственное и живое. Задача даосизма исправить неизбежный вред конвенций — косность, восстановить и развить природную спонтанность, которая нам так знакома в поведении детей. Восстановить сущность человека, его природу. К даосизму обычно человек обращается, когда покидает активную социальную жизнь, и отказ от конвенций выражает его внутреннее освобождение. В этом есть нечто символическое — человек приходит в этот мир, не отягощенный конвенциями и уходит, освободившись от них. Словно скидывает одеяние, которое ему больше не понадобится…

Тем не менее, не следует воспринимать даосизм как революцию против конвенций. Даосизм — путь освобождения, а освобождения нельзя достичь при помощи революций… Быть свободным от конвенций, не значит отвергать их; это значит, что вместо того, чтобы быть инструментом в их руках, уметь пользоваться ими, как инструментом.

Итак, чтобы почувствовать, что такое даосизм, нужно допустить мысль, что возможен взгляд на мир, отличный от конвенциального. Это будет сделать проще, если вспомнить, что большая часть открытий, стала возможна благодаря именно такому подходу. Например, открытие акупунктуры, в Китае, произошло более чем пять тысяч лет назад и только в прошлом веке стало достоянием науки, пользующейся конвенциональными средствами. Когда в Европе наблюдалось стремительное развитие таких наук, как механика и динамика, в Китае, уже во времена Троецарствия (220-265 гг. н. э.) появились указания на исследования «воздействия при отсутствии явного физического контакта», то есть того, что нельзя измерить никакими (на то время) приборами. И вскоре на свет появились изобретения, которые нельзя было объяснить с точки зрения механики. Например, китайцы изобрели компас. Кстати, даже порох китайцы изобрели не для того, чтобы воевать, а нечаянно, в процессе поиска элексира бессмертия…

Хотя речь идет не только об открытиях китайцев, а об открытиях вообще. Вспомним Менделеева с его периодической таблицей, которую он «увидел» во сне. Знаменитый сербский ученый Тесло говорил о том, что сам не делал своих открытий, а черпал информацию из некого «информационного поля».

На Западе нет института, соответствующего даосизму. Важнейшее отличие обычного представления о Боге от даосского в том, что Господь создает мир актом творения (вей), выступая в роли механика, тогда, как Дао создает его «не-деянием» (у-вей), что приблизительно соответствует нашему слову «вырастание». Поскольку все в мире природы развивается путем роста, китайскому уму представляется более чем странным вопрос, как был сотворен мир… Человек в мире Дао чувствует себя частью природы и мироздания, его продолжением.

Было бы ошибкой считать, что наши культуры не имеют точек соприкосновения. Доказательство — стремительная экспансия Востока на Запад. Хотя верно и то, что Запад не знает, что такое путь освобождения и, видимо, не знает и просветленных людей, которых Восток явил миру великое множество. Зато Запад дал миру психологию, науку, которая получила широчайшее распространение и породила целую армию психологов, но почему-то не прижилась на Востоке. Там поступили мудрее, и очень давно — просто научились выходить за пределы ума, который и является непрерывным создателем наших мыслей. Выйдя за пределы его, мы становимся свободными от конвенций ума и страданий, порождаемых им. Средством для этого стал метод медитации, основанный на «остановке ума». Но официальная наука до сих пор отрицает возможность этого…

Точно так же, как невежественные люди из-за привязанности к своему «я», вязнут в земных проблемах и не могут представить высшего состояния, где нет этих склок и страданий, точно так же те, кто привык «гоняться за мыслями», не могут себе представить высшей истины, лежащей за пределами царства мыслей:


Совершенное Дао — легко,
Нужно только избегать осуществления
выбора.
Следуй своей природе и будь в гармонии с Дао;
Двигайся вперед и перестань
беспокоиться.
Если твои мысли связаны, ты портишь
то, что подлинно…
Не будь противником мира чувств,
Ибо когда ты им не противишься,
Оказывается, что это то же самое, что
совершенное Просветление.
Мудрец ни к чему не устремляется
(у-вей),
Невежественный человек сам себя
связывает…
Если трудишься над своим умом
с помощью ума,
Как избежать тебе невероятного
заблуждения?



(Сен-Цань «Трактат о вере в ум»).


Когда человек овладевает способностью «отпускать» свой ум, то ему становятся доступным свойство — «дэ». Это понятие близко к нашему понятию добродетели. Но это добродетель другого рода — естественная и спонтанная творческая сила, высшая добродетель. Глубочайшее уважение к «дэ» пронизывает все высшие достижения культуры Дальнего Востока, так как «дэ» является основным принципом всех искусств и ремесла. Как говорят на Востоке «мудрый делает запасы для желудка, а не для глаза». Это значит, судит исходя и конкретного содержания переживания, а, не исходя из каких-то концепций, усвоенных в прошлом. В конечном итоге — «дэ» — естественная и спонтанная деятельность человека, которая блокируется, когда ею пытаются «овладеть». Даосизм — это освобождение от условностей мира конвенций и высвобождение творческой силы «дэ».

Интересно, что термин «медитация» в западной трактовке представляет нечто противоположное этому же понятию на Востоке… Для беспокойного западного ума сидячая медитация представляется крайне неприятной процедурой, — совсем не так просто «сидеть», без угрызений совести, что тратишь время даром, хотя можно было бы сделать что-то полезное. Это бесконечное нервное возбуждение является неотъемлемым нашим спутником. Кстати, медитация, как обдумывание проблемы, очередная, чисто западная трактовка восточных понятий, так сказать «медитация наоборот». Западный человек постоянно куда-то спешит, куда ему практиковать медитации без цели…

Любопытно, что в китайском языке «природное изменение» и «легкость» — одно и то же слово. Поэтому первый принцип для изучающих и желающих понять культуру Востока: поспешность и все, связанное с ней — губительны. Как это ни парадоксально, именно тот, кто торопится, все упускает. Отсутствие спешки связано с некоторым невмешательством в естественный ход событий, когда позволяется миру проявить себя спонтанно, а значит наилучшим образом. И какой смысл спешить — ведь если хорошенько всмотреться, то времени не существует — прошлое и будущее это всего лишь абстракции, лишенные реальности. И пока мы не ощутим этого каждой своей клеточкой — будем жить в постоянной спешке и погоне, не имея возможности насладиться настоящим мгновением своей жизни. Наша жизнь превращается в сплошные пункты назначения, без соединяющих их путешествий, где самое главное — как можно скорее куда-нибудь добраться. А поскольку завтра никогда не наступает — есть только сегодня, то живем ли мы вообще? Становится очевидно, что линейная последовательность времени — это только концепция нашего ума, который делит мир на кусочки. И пользуясь одним кусочком, мы теряем весь остальной мир. Благодаря «пробуждению» человек обнаруживает, что иллюзии, это скорее прошлое и будущее, а не настоящее.

Итак, наш ум научается воспринимать мир при помощи конвенций. Он же — причина наших представлений, тревог и несчастий:


«Люди говорят нам, с момента нашего рождения, что мир такой-то и такой-то и все обстоит так-то и так-то. У нас нет выбора. Мы вынуждены принять, что мир именно таков, каким его нам описывают».

(К. Кастанеда «Путешествие в Икстлан».)


Конвенции как система коммуникаций — основа и необходимость любого государственного устройства. Но не все чувствуют себя в их рамках комфортно. Коды общества создавались и создаются не художниками, музыкантами и поэтами, а людьми несколько другого типа… И, как не крути, эти коды — рамки, иногда довольно жесткие: чем жестче узда — тем надежнее… А «прослойка» людей, тонких, талантливых и одаренных, чувствующих и мыслящих более глубоко, оказывается зажатой в эти рамки и обречена страдать. Для некоторых из них понятие «общество» становится синонимом «несвободы». И часто они выбирают такой способ существования, который гарантирует минимальное столкновение с социумом. Сколько их, талантливых и одаренных не реализовали себя только из-за того, что так и не смогли втиснуться в прокрустово ложе общественных догм…

Особенно это было заметно в нашем обществе — я имею в виду пространство стран СНГ, которое имеет свои особенности и исторически «обросло» только ему присущими общественными кодами. Эта специфика связана с несколькими пластами истории и они, похоже, уже генетически проникли в нашу плоть и кровь.

Татаро-монгольское нашествие, революция (ленинизм), война (сталинизм) внесли свою лепту в формирование человека, несвободного по своей сути, человека, живущего в страхе перед конвенциями общества. Когда общественное ставилось во главу угла, попирая личностное. Когда нужно было научиться ходить строем, петь хором. Когда общественные политические организации типа пионеры, комсомольцы и коммунистическая партия являлись мерилом человеческой значимости. Нормальная живая личность не могла не почувствовать протест. Но не каждый мог его выразить. Страх — как постоянный спутник человека… До спонтанного видения мира здесь ох как далеко… И неизвестно, сколько должно пройти времени, чтобы «выдавить из нашего менталитета раба», которого мы впитали с молоком матери и передаем, хоть и неосознанно, из поколения в поколение…

Одна из главных иллюзий нашего времени и нашего общества заключается в том, что свобода может быть завоевана и сохранена с помощью системы организации общества, ставя развитие человека в зависимости от социальных условий. Но, как говорится, богатые тоже плачут… Восток же, видит главную причину несвободы в человеческом сознании: «если ты говоришь и действуешь с загрязненным сознанием, страдание неотступно будет следовать за тобой, как колеса повозки движутся по следам буйвола». История знает немало случаев, когда борцы за политические свободы, сами становились угнетателями. С точки зрения Востока, человек сам себя делает несвободным — опутывает сетью индивидуальных и коллективных идей, слов и поступков. И главная проблема, скрывающаяся за этим — фундаментальное невежество. На классическом даосском языке это называется «принимать слугу за хозяина». А хозяина и нет…

Мир есть иллюзия ума в том смысле, что пробужденный человек видит не какой-то особенный мир, тот же, что и мы, но он не проводит в нем границ, не делит его и не измеряет, а воспринимает его и себя в том числе, как целостность. И цель освобождения не в том, чтобы освободиться от воображаемой действительности, а в том, чтобы обрести реальную свободу действий, необремененную никакими автоматическими программами и привычками.

Наука «свободы» имеет уже многовековую историю, тем не менее, остается в большей или меньшей степени эзотеричной, по двум главным причинам. Во-первых, она труднодостижима из-за обусловленности нашего сознания, во-вторых, как всегда и везде, властьимущие видят в идее освобождения угрозу устоявшемуся социальному порядку. Гораздо легче управлять слабыми и беспомощными, чем сильными и просветленными. И зачем обществу просветленные и свободные, это еще вопрос…

Вернемся к Фэн Шуй. Невозможно изучать систему вселенной, не изучая человека, так же, как и невозможно изучать человека, не изучая вселенной. Ведь человек — это мини-вселенная. И он устроен по тем же законам, что и она. В мире все живет по законам Дао. Все, кроме человека… Идеалы, честолюбие, самоутверждение, на самом деле — средство убежать от реальности, от спонтанности жизни, ибо высшая цель человека — следовать свей природе. Наша жизнь — это не поход в супермаркет, где что-то можно приобрести. Жизнь — это бытие. Мы не решаем дышать, а просто дышим, мы не решаем жить, а просто живем. «У природы нет плохой погоды…», но деление на плохое и хорошее, рай и ад, это хватание за мир, порождает страх смерти, который является неизбежным спутником конвенциального подхода к жизни. Нас мучительно волнует вопрос: «что будет со мной, когда я умру?», но мы не хотим понять, что ответ на него лежит за пределами наших конвенциональных представлений. Совсем как в знакомой философской байке — «это конец», — подумала куколка, превращаясь в бабочку…